Лекции по истории Церкви

Однако Россия все последние десятилетия была выключена из мировой научной жизни в области церковной истории так же, как и в области других богословских наук. Дореволюционная русская наука имела замечательные достижения и была вполне на уровне мировых стандартов. К сожалению, русские ученые существовали довольно изолировано: их научную продукцию, издававшуюся почти исключительно на русском языке, на Западе никто не знал, потому что выучить русский язык там мало кто удосуживался. Однако те немногие западные ученые, которые знали русский язык, ценили русскую науку самым высоким образом. Например, знаменитый берлинский профессор Гарнак, который был протестантом, причем протестантом довольно крайних воззрений, — он в чем-то сближался со Львом Николаевичем Толстым — в то же время очень высоко ценил русские богословские исследования, которые он, как уроженец Российской Империи, читал в подлиннике. В наше время мы должны постараться наверстать то, что было упущено за минувшие десятилетия. При этом мы должны пользоваться трудами наших отечественных ученых-богословов, в том числе теми трудами, которые передает нам по преемству русская эмиграция.

Можно сказать, что русская эмиграция исполнила свое историческое назначение и сейчас, фактически сходя со сцены, она все самое лучшее, что создала, передает Родине, то есть нам с вами. И, конечно, мы должны использовать достижения православных ученых других стран, скажем греков, сербов (в Сербии в настоящее время существует очень неплохая богословская школа). Мы ни в коем случае не должны чуждаться трудов ученых западных вероисповеданий, потому что западная наука, прежде всего католическая, но также в какой-то мере и протестантская, — тоже имеет свои большие заслуги. Можно утверждать, что традицией нашей русской науки является использование всего истинно ценного, что есть в науке западной. Так поступал уже, например, святой Димитрий Ростовский, который переводил жития святых, в основном, с иезуитских изданий Общества болландистов. Во Фламандии, в Бельгии и до сих пор существует такое очень небольшое ученое общество, которое занимается изучением и изданием житий святых, и всякий, кто почитает святых, может оценить бескорыстный труд этих ученых, которые проходят весь мир для того, чтобы найти какую-нибудь затерявшуюся рукопись и по ней издать житие, сохранившееся лишь в одном этом списке. Православная наука других стран тоже развивается во взаимодействии с западной неправославной наукой.

Например, в современной Греции выходят две серии, два собрания творений греческих святых отцов (одна серия выходит в Афинах, другая — в Салониках). И вот, в обеих сериях тексты святых отцов перепечатываются в основном из западных изданий просто потому, что других изданий нет. Но, конечно, и современные греки участвуют посильно в деле издания святоотеческих текстов, до сих пор неизданных — так же, как в этом участвуют сербы, так же, как до революции и русские ученые тоже издали некоторое число святоотеческих творений.

Церковная история начинается в день Пятидесятницы. Мы называем праздник Пятидесятницы днем рождения Церкви Христовой. В том чудесном даре языков, который получили апостолы и другие последователи Христовы, можно видеть предсказание распространения веры Христовой по всей Вселенной. Для этого распространения были уже промыслительно созданы предпосылки, а именно: во-первых, создание огромной Римской Империи, в которую были включены несколько десятков современных нам государств; во-вторых, господство в этой Великой Империи эллинистической культуры. Рим, великий своими государственными и военными достижениями, вполне сознавал свою культурную неполноценность, и римская культура имела подражательный характер. Мало того, в первом веке все образованные римляне были двуязычны — вроде того, как двуязычны были русские аристократы в начале XIX века. И неизвестно еще, какой язык был для них привычнее. Например, император Марк Аврелий прославился как замечательный греческий писатель. Кроме того, в Риме и вообще на Западе обитало очень большое число выходцев с Востока. Мы не удивимся, если узнаем, что в самом Риме языком христианской Церкви, и, причем довольно долгое время, был греческий язык. То же самое было и в Галлии, где, например, во второй половине II века Лионский епископ Ириней писал по-гречески. Таким образом, в Великой Империи существовал единый язык, который был доступен большинству ее населения, и христианская проповедь могла звучать именно на этом языке.

Христианская проповедь была подготовлена также и тем, что в III веке до Рождества Христова был сделан перевод Священного Писания Ветхого Завета на греческий язык. Этот перевод, выполненный, как говорит Предание, для того, чтобы удовлетворить любознательность египетского царя — язычника, получил довольно широкое распространение. Он стал средством проповеди ветхозаветной религии в языческой среде. Евреи расселялись по разным городам Римской империи, создавали свои молитвенные дома (бывшие одновременно и школами), которые назывались синагогами. («Синагога» в переводе с греческого значит «собрание»). Эти синагоги были центром притяжения для всех, кто интересовался еврейской религией. Эта среда, среда евреев рассеяния, и всех, кто в той или иной мере сочувствовал ветхозаветной религии, и явилась той средой, где с чрезвычайной быстротой стала распространяться проповедь о Христе Спасителе, о Христе Воскресшем. Как шла эта проповедь, мы можем себе представить по книге Деяний св. апостолов, где описана проповедь св. ап. Павла в странах рассеяния. Как только ап. Павел прибывал в какой-нибудь город, он сразу направлялся в синагогу и проповедовал там. Обычно это довольно скоро приводило к конфликту с синагогальным начальством. Апостола изгоняли из синагоги, но за то время, что ему удавалось проповедовать, он успевал своей проповедью приобрести каких-то новых последователей веры Христовой, которые и составляли ядро христианской Церкви в этом городе. В начальный период церковной истории, в первые ее десятилетия — вплоть до разрушения Иерусалима в 70 году, — христианская Церковь осознавала самое себя. Она довольно легко могла осознать себя в отношении к язычеству, но гораздо труднее это было сделать в отношении к ветхозаветной религии, и вот почему. Христос проповедовал почти исключительно среди иудеев. Все апостолы Христовы, все члены Иерусалимской Церкви были из иудеев. Мало того, когда началась проповедь за пределами Иерусалима и за пределами Палестины, эта проповедь, как я сказал, шла в среде иудейской или в среде язычников, которые сочувствовали иудейству — так называемых прозелитов. Прозелитизм имел разные степени. Были такие прозелиты, которые полностью принимали иудейскую религию, были те, кто не решался этого сделать, но, все-таки, так или иначе примыкал к синагогам. Проблемы начались, когда среди первых христиан стало заметным число язычников, потому что тогда сразу встал вопрос о том, какое отношение имеют эти христиане к ветхозаветному обрядовому закону. Ни апостолы, ни другие первые христиане не противопоставляли себя ветхозаветному богопочитанию.

В книге Деяний святых апостолов рассказывается, что апостолы посещали иерусалимский Храм в положенные часы молитвы, т. е. посещали храмовое богослужение. И хотя одновременно с этим они у себя в домах совершали христианское богослужение, которое автор книги Деяний называет «преломлением хлеба» (мы понимаем, что это — Евхаристия), но все-таки существование этого христианского богослужения не приводило их к отрицанию необходимости посещать иерусалимский Храм. Но вот в Церковь приходят язычники. Должны ли они исполнять все предписания ветхозаветного обрядового закона? Лежит их путь в Церковь Христову через принятие закона Моисеева или нет? Здесь столкнулись разные понимания этой проблемы в христианской среде. В 49 г. по Р. X. в Иерусалиме произошел Собор. Это первый Собор, который знает церковная история. О Соборе этом рассказывается опять-таки в книге Деяний святых апостолов. Как говорит книга Деяний, на Соборе присутствовал св. ап. Петр, св. ап. Иаков, брат Господень. Св. ап. Иаков был главой Иерусалимской Церкви после того, как апостолы покинули Иерусалим, разойдясь на проповедь в разные стороны. Кроме того, на Соборе присутствовал св. ап. Павел.

Св. ап. Павел происходил из иудеев рассеяния, родился в малоазиатском городе Тарсе и, как он сам о себе говорит, был фарисеем и сыном фарисея. Будучи ревнителем отеческих преданий, он прибыл в Иерусалим для того, чтобы получить богословское образование у лучших иерусалимских раввинов и самому стать раввином, учителем Закона. Поначалу он был непримиримым врагом Церкви Христовой и участвовал в кровавых гонениях на христиан. В книге Деяний рассказывается, что при побиении камнями св. первомученика архидиакона Стефана, Павел (тогда его еще звали иудейским именем Савл), сторожил одежды тех, кто с ним расправлялся. После того, как Савлу явился Христос, он уверовал со всем жаром своей великой души, и стал самым деятельным проповедником веры Христовой. Посмотрите хотя бы объем Посланий ап. Павла в Новом Завете. И вот, как раз Савл, он же Павел, утверждал, что Христос пришел для того, чтобы спасти всех, и что спасает Он не через выполнение обрядов ветхозаветного закона. Это, можно сказать, основное содержание проповеди св. ап. Павла. Св. ап. Павел сознавал, что он призван проповедовать среди язычников, и оказался также защитником христиан из язычников перед лицом ревнителей ветхозаветного Закона, которых было немало и в христианской среде. Св. ап. Павел учил, что христиане из язычников не обязаны исполнять все предписания закона, и Иерусалимский Собор 49 г. согласился с его доводами. Собор составил послание ко всем христианам, в котором говорилось, что они должны воздерживаться от идоложертвенного, от удавленины, от блуда и не делать другим того, чего не хотят самим себе. Некоторые из этих предписаний имеют чисто моральный характер. Понятно, что Павел не думал освобождать христиан от требований морали, которые изложены, например, в десяти заповедях, данных Моисею. Наоборот, моральные требования св. ап. Павла еще более высоки. Вся острота спора относилась как раз к обрядовым обязанностям ветхозаветного народа Божия. Вот, например, некоторые из предписаний Иерусалимского собора — требование воздерживаться от удавленины, т. е. не есть мяса тех животных, из которых не была по специальным правилам, изложенным в Ветхом Завете, выпущена кровь. Это правило, предписанное Собором, и имеющее, казалось бы, чисто обрядовое значение, на самом деле нужно понимать следующим образом. Каждая христианская община, или почти каждая, состояла как бы из двух частей: с одной стороны — христиане из иудеев, которых было много во всех городах, куда апостолы шли проповедовать, с другой стороны — христиане из язычников. И общение христиан было весьма многосторонним. Это в наше время, да еще под влиянием всяких страхов большевистских («страха ради большевистска») возникло такое ущербное понятие прихожанина: прихожанин — это тот, кто приходит и уходит. Вся принадлежность к общине ограничивается посещением храма в часы богослужения, а потом раздается: «Православные, освободите помещение!», и на этом кончается церковная жизнь, теперь можешь возвращаться к своей обыденной жизни, которая не имеет ничего общего с жизнью христианской Церкви.

У первых христиан было, конечно, не так. Братское общение выражалось, в частности, в общих трапезах, которые сопровождали богослужение, и, конечно же, объединяли всех, кто принадлежал к общине. Если бы на таких братских трапезах начались разговоры о том, что «это блюдо мне подходит, а это мне не подходит, потому что я соблюдаю такие-то предписания ветхозаветного Закона; тебе не обязательно их соблюдать, ты не еврей, а я уж буду их соблюдать», это, конечно, привело бы к разделениям в каждой общине, к обособлению двух ее частей, что было бы нежелательно. Поэтому, чтобы не было такого бытового разобщения, Собор апостольский предписал воздержание также и от удавленины. Но надо сказать, что это предписание довольно долго сохранялось в христианском обществе. Даже примерно через тысячу лет после апостольского Собора один из византийских императоров издал очень строгий закон против тех, кто употребляет кровь в пищу.

Проблема взаимоотношения христиан из иудеев и христиан из язычников, как я сказал, со всей остротой стояла в первые десятилетия христианской церковной истории до разрушения иерусалимского Храма. Разрушение Храма произошло в 70 году, когда после неудачного восстания иудеев против римской власти, римляне разорили весь Иерусалим. Эта катастрофа средоточия ветхозаветной религии совершенно естественно была осознана многими христианами как знак того, что окончилось ее историческое существование. И даже христиане из иудеев могли считать себя уже не связанными обрядовыми предписаниями ветхозаветного Закона. Впрочем, пропорция христиан из иудеев быстро уменьшалась в результате успеха проповеди веры Христовой среди язычников. Поэтому проблема, которая так волновала христиан в апостольское время, впоследствии утратила свою остроту, хотя какая-то часть христиан из иудеев не могла примириться с тем, что в общем сознании христиан ветхозаветный Закон в его обрядовой части отменен. И возникла маленькая группа иудео-христиан, которая еще в IV веке была известна в Палестине. Но только в Палестине она и могла получить распространение, потому что была большая разница между настроениями иудеев в Палестине и странах рассеяния. Св. Лука, автор книги Деяний, дает нам знать о тех конфликтах, которые внутри Христианской Церкви происходили между иудеями палестинскими и так называемыми эллинистами.

Эллинистами назывались иудеи рассеяния, по той причине, что они говорили по-гречески, часто даже не зная еврейского языка. Эллинисты гораздо более остро, чем палестинские иудеи, сознавали универсальное значение ветхозаветной религии. Они чувствовали себя миссионерами этой религии в греко-римском мире, поэтому в синагогах рассеяния пользовались, в основном, греческим переводом Ветхого Завета, а не древнееврейским текстом. Можно отметить и такой факт, совершенно невероятный с точки зрения палестинской иудейской ортодоксии. В Александрии Египетской еврейская община была самой значительной из всех общин рассеяния. Там был построен храм, во всем подобный иерусалимскому Храму. В нем совершались богослужения — такие же, как в Иерусалиме. Палестинские иудеи не признавали законности этого храма.

Палестина не была изолированной. Будучи святой землей, будучи средоточием иудейской религии, она привлекала к себе многочисленных паломников из всех стран рассеяния. И мы знаем, что в Иерусалиме были синагоги, которые объединяли земляков из разных уголков Римской империи. В жизни самой христианской Церкви в Палестине эти иудеи рассеяния очень быстро получили большое место. Об этом говорят те факты, которые сообщает нам св. Лука в Деяниях апостолов относительно формирования иерархии Церкви Христовой. Апостолы, получившие свое служение от Христа, довольно быстро осознали, что они не могут одни управлять жизнью Церкви, и создали себе коллегию помощников, которых назвали диаконами, т. е. служителями. Судя по именам этих семи диаконов (список их начинается со св. Стефана, он стал первомучеником Церкви), которые сплошь греческие, все они — из иудеев рассеяния, а последний из них — даже прозелит. В переводе с греческого «прозелит» значит «пришелец». Так называли язычников, которые обращались в иудейскую веру.

ЛЕКЦИЯ 2

В настоящее время в Церкви существует трехступенчатая иерархия: епископы, священники, диаконы. Сохранилось четкое и повсеместно распространенное представление о церковной иерархии, и даже в тех Церквах, которые отделились от православной, в древневосточных Церквах: несторианской и монофизитских; в Католической Церкви, невзирая на такие яркие отличительные особенности, как, например, католическое учение о папстве, в принципе существуют те же самые иерархические принципы. В наших представлениях о древней Церкви очень давно заметна такая тенденция — механически переносить иерархические структуры нашего времени или четвертого века на церковную жизнь первых десятилетий. Обратившись к нашему первоисточнику, к Священному Писанию Нового Завета, мы увидим, что это представление неверно, ибо в первые десятилетия еще нет такой четкой трех степенной иерархии, а с другой стороны, обнаружим, что в это время существуют особые служения, которых нет в церковной деятельности последующих времен.

Прежде всего, в Церкви первых десятилетий существуют апостолы (о них отдельный разговор), существуют пророки. И еще, что очень важно, хотя мы не находим здесь господства монархического принципа в церковной иерархии, но можно утверждать, что к концу первого века монархический принцип получил преобладание. К концу первого века, вся Вселенская Церковь состояла из Поместных Церквей. В то время еще нельзя было говорить о таких структурных единицах, как митрополии, патриархаты. Вселенская Церковь состояла из отдельных городских Церквей во главе с епископом — т. е. выражаясь нашим современным языком, Вселенская Церковь состояла из отдельных епархий.