Поиск

Книги с поиском

От Матфея От Марка От Луки От Иоанна Деяния Псалтирь 40 книг с поиском



Житие Никиты Мидикийского   Слово надгробное преподобному отцу нашему и исповеднику Никите Мидикийскому, писанное Феостириктом, учеником самого блаженнейшего

Оп. в кн. Афиногенов Д.Е. Константинопольский патриархат и иконоборческий кризис в Византии. М., "Индрик", 2001.

1. Предлежит нам дело величайшей пользы, воспоминание преподобнейшего отца нашего Никиты; предлежит нам, сколько возможно, священное пиршество, составленное из невещественных и духовных яств, не чувственные тела питающее, но угощающее и радующее разумные души, на котором я сегодня буду неискусным распорядителем, в простых речах предлагая его вам, духовным сотрапезникам, ищущим по обыкновению всегда насыщаться душепитательными поучениями отца.

Ибо, говоря по-апостольски, о священное собрание, рассудилось и мне (Лк. 1:3), издавна, как вы знаете, следовавшему за ним, не все описывать по порядку (да мне и не по силам), но включить в повествование лишь немногие из многочисленных его подвигов для наставления и пользы читающим и тем, кто пожелает прочесть позже, чтобы не исчезли со временем его достоинства, скрывшись в глубинах забвения.

Итак, многие написали о жизни, речах и свершениях многих живших до нас святых, их возвеличивая словом, а нам тем самым доставляя большую пользу, так что по этой причине и мы вслед за ними подвиглись на подобное. Ибо несправедливо, чтобы таковая добродетель этого мужа была покрыта молчанием, так же как и свечу, по евангельскому речению (Лк.8:16)

, не ставят под сосуд, но на подсвечник, чтобы она светила всем, входящим в жилище жизни, и сияла пред людьми во славу небесного Бога, прославляемого через добрые дела.

2. Но за такое предприятие следовало бы браться тем, чья жизнь пряма и безупречна, и чья речь почтенна и благочинна в соответствии с жизнью. Ибо там, где первое достигнуто, щедро изливается и второе как бы из исполненного духом сокровища, а там, где этого недостает, и речь исходит или произносится по догадке и с размышлением. И я думаю, что и они едва могут по достоинству изобразить добродетель сего мужа — столь она велика.

А точнее будет сказать, что даже и они не могут, а не то что мы, не обладающие ни тем, ни другим, ни почтенной жизнью, ни складно устроенной речью, будучи совершенно несведущи во внешней учености. Но влечение к святейшему отцу побуждает меня, подталкивая к этому предприятию и говоря: "Может быть, будет тебе какой-то плод от рассказов о нем.

Ведь и те, кто приготовляет миро, даже если по природе они несовершенны, однако же по большей части и сами причастны к благоуханию, и для других узнаваемы обонятельным ощущением по запаху". И снова противодействует страх, удерживая меня и выставляя мое недостоинство такими словами: "Как бы, желая похвалить, ты не оскорбил его некрасивыми речами и не привел в негодование против себя.

И будет это тебе во вред, чего не хотелось бы претерпеть. Итак, следует тебе скорее возлюбить молчание, безопасное от всякой боязни, в котором не придется раскаиваться, как это часто случается с высказанным".

3. И вот я колеблюсь между ними словно на весах — но влечение перевешивает и тянет вверх чашу страха, призывая в помощники подателя слова Христа и зная, что долготерпение великого мужа (ибо он и в этой жизни был снисходителен) прощает наши недостатки — и я уверен, что и сейчас его блаженство тем более извинит меня. Ибо, как кто-то сказал, мил отцам лепет детей, и Богу любо то, что по силам.

Прибавлю я еще и вот что: пусть никто не думает, будто я пишу что-либо лживое или вымышленное (ведь у недоверия в обычае вредить пользе) — потому что какая мне выгода от лжи, если я буду других хвалить, а на самого себя навлеку отречение Святого Духа, о котором сказал пророк Давид? Ведь сказанное — это не басни, как считают внешние. Но довольно об этом — и с Богом, Который есть причина всякого начала, начну я вот откуда.

4. С чего же начать? Сказать ли об отечестве, и о происхождении, и о том, где он вырос — но зачем я буду занимать этим речь? Сказано, что град святых есть град Божий, строитель и зодчий которого Бог. Отечество же — горний Иерусалим, мать Павла и спутников его, как сказал великий Василий. Если же кто стремится узнать имя и дольней его родины, то произвела его на свет Кесария Вифинская — она вскормила его, и вывела в жизнь, и сделала его известным всем, она и вкусила первые свершения его возраста.

О прозвании же родителей его, относительно матери я совсем ничего не могу сказать, что же до отца, то возлюбивший добродетель богоносный отец наш тезоименно рожден был от отца по имени Филарет , который был благочестив и богоугоден, и впоследствии также сподобился иноческого жития, в коем и скончался. Сей был связан с родительницей его законным браком, и имел его единственным сыном, потеряв супругу на восьмой день после рождения преподобного — ибо сотворивший ее Бог взял ее к Себе.


Житие Никиты Мидикийского


Уникальный поиск `по-сути` по православной библиотеке